September 23rd, 2013

Как может заработать на Олимпиаде в Сочи малый бизнес? Никак...Лицензия стоит 100 млн долларов!

olympic gold-2012лондон

Согласно российскому Олимпийскому закону, использование Олимпийской  символики  допускается только при условии заключения малым предприятием или индивидуальным предпринимателем соответствующего договора с оргкомитетом "Сочи-2014".

Но, все не так просто!! Право заключить такой договор заинтересованным компаниям предлагается выиграть в ходе специальных тендеров по разным товарным категориям. Предполагается реализовать лицензии на производство 5 тыс. наименований товаров в 40 различных категориях и привлечь таким образом к сотрудничеству 50-70 компаний
( Наверное, уже всех кого надо привлекли ...)

Для того чтобы победить, компании должны быть известны в России, действовать как минимум три года с момента регистрации, обладать позитивным имиджем и значительным объемом продаж. Для зарубежных компаний непременным требованием является наличие у них налаженных каналов сбыта в России.

Предполагается, что 10-20% от объема предполагаемых продаж своих товаров компании должны будут отдать в бюджет оргкомитета, причем по условиям тендера победителем при прочих равных характеристиках должен стать тот, кто предложит за лицензию больший размер роялти. Помимо этого надо оплатить и стоимость лицензии, которая начинается от 100 млн долларов США. Надо сказать, что для зимних Олимпийских игр это рекорд.
Например, в Ванкувере минимальная плата за лицензию составляла 90 млн долларов, в Турине в 2006 году – всего 30 млн долларов.

Договор с оргкомитетом может предоставлять правообладателю так называемое право сублицензии, т. е. право передать возможность использования олимпийской символики другому лицу (например, такой договор заключен с компанией "Боско Спорт"). К настоящему времени генеральными партнерами Игр 2014 года уже стали компании "Мегафон" (один из операторов сотовой связи в России), "Ростелеком" (оператор междугородной и международной связи), РЖД (крупнейшая в мире железнодорожная компания), "Роснефть" (лидер российской нефтяной отрасли и одна из публичных нефтегазовых компаний мира), "Аэрофлот" (крупнейшая авиакомпания России и старейшая авиакомпания мира), Сбербанк (крупнейший банк Российской Федерации и СНГ), ФГУП "Гознак" (известный в России производитель эксклюзивной печатной продукции). Все они получили официальное право на использование олимпийской символики.

Надо отметить, что в ближайшее время быть международным спонсором Олимпиады станет очень выгодно. Сейчас к таковым относятся Coca-Cola, Atos Origin, Omega, Samsung, Panasonic и Visa. Дело в том, что Государственной думой России в первом чтении уже приняты поправки в российский Налоговый кодекс. Согласно им, международные спонсоры освобождаются от уплаты НДС, налога на прибыль, налога на имущество и транспортного налога по операциям, совершаемым для подготовки и проведения Олимпиады; кроме того, им не нужно платить и за визы, получение временных регистраций и разрешений на работу своим сотрудникам. Все это счастье продлится до конца 2016 года.

Малый бизнес явно лишний на этом празднике жизни, а жаль!   Красивые сувениры может делать не только   ФГУП "Гознак" или "Боско Спорт".

 ПОЭТОМУ ВЕСЬ МАЛЫЙ БИЗНЕС,  торгуя товарами с олимпийской символикой,  автоматически нарушает закон
. Тут возможен целый набор различных мер: административная, уголовная и гражданская ответственность. На практике сегодня используется только ответственность административная. В подавляющем большинстве случаев тех, кого ловят на незаконном использовании символики, штрафуют по ст. 14.33 КоАП РФ за недобросовестную конкуренцию, выразившуюся во введении в оборот товара с незаконным использованием средств индивидуализации продукции, работ, услуг. Сумма штрафа составляет от 1% до 15% размера суммы выручки нарушителя от реализации товара (работы, услуги), но не менее 100 000 руб. (около 2650 евро).
Не было ни одного случая, чтобы
суды ограничились  устным замечанием по причине малозначительности преступления.

ГУЛАГ год 2013

Оригинал взят у mi3ch в ГУЛАГ
detail_80b1e95ae87f6a9a890f0c5d0c52657a

Из письма Надежды Толоконниковой о Мордовской ИК-14

Вся моя бригада в швейном цехе работает по 16-17 часов в день. С 7.30 до 0.30. Сон — в лучшем случае часа четыре в день. Выходной случается раз в полтора месяца. Почти все воскресенья — рабочие. Осужденные пишут заявления на выход на работу в выходной с формулировкой «по собственному желанию». На деле, конечно, никакого желания нет. Но эти заявления пишутся в приказном порядке по требованию начальства и зэчек, транслирующих волю начальства.

Для поддержания дисциплины и послушания широко используется система неформальных наказаний: «сидеть в локалке до отбоя» (запрет на вход в барак — осень, зима ли; во 2-м отряде, отряде инвалидов и пенсионеров, живет женщина, которая за день сидения в локалке отморозила себе руки и ноги так, что пришлось ампутировать одну ногу и пальцы рук), «закрыть гигиену» (запрет подмыться и сходить в туалет), «закрыть пищевую каптерку и чайхану» (запрет есть собственную еду, пить напитки).

Мечтающая только о сне и глотке чая, измученная, задерганная, грязная, осужденная становится послушным материалом в руках администрации, рассматривающей нас исключительно в качестве бесплатной рабсилы. Так, в июне 2013 года моя зарплата составила 29 (двадцать девять!) рублей. При этом в день бригада отшивает 150 полицейских костюмов.

На полную замену оборудования лагерю несколько раз выделяли деньги. Однако начальство лишь перекрашивало швейные машины руками осужденных. Мы шьем на морально и физически устаревшем оборудовании. Согласно Трудовому кодексу, в случае несоответствия уровня оборудования современным промышленным стандартам нормы выработки должны быть снижены по сравнению с типовыми отраслевыми нормами. Но нормы лишь увеличиваются. Скачкообразно и внезапно. «Покажешь им, что можешь дать 100 костюмов, так они повысят базу до 120!» — говорят бывалые мотористки. А не давать ты не можешь — иначе будет наказан весь отряд, вся бригада. Наказан, например, многочасовым коллективным стоянием на плацу. Без права посещения туалета. Без права сделать глоток воды.

«Если бы ты не была Толоконниковой, тебя бы уже давно *********» — говорят приближенные начальникам зэчки. Так и есть, других бьют. За неуспеваемость. По почкам, по лицу. Бьют сами осужденные, и ни одно избиение в женском лагере не происходит без одобрения и ведома администрации. Год назад, до моего приезда, до смерти забили цыганку в 3-м отряде (3-й отряд — пресс-отряд, туда помещают тех, кого нужно подвергать ежедневным избиениям). Она умерла в санчасти ИК-14. Факт смерти от избиений администрации удалось скрыть: причиной указали инсульт. В другом отряде неуспевающих новеньких швей раздевали и голыми заставляли шить.

Заставшие в ИК-14 2010-й, год пожаров и дыма, рассказывали о том, что в то время как пожар подбирался к стенам колонии, осужденные продолжали выходить на промзону и давать норму. Человека было плохо видно в двух метрах из-за дыма, но, повязав на лица мокрые платки, они шили. В столовую на обед из-за чрезвычайного положения не выводили. Несколько женщин рассказывали, как они, чудовищно голодные, вели в то время дневники, где старались фиксировать ужас происходящего. Когда пожары закончились, отдел безопасности колонии эти дневники старательно отшмонал, чтобы ничего не просочилось на свободу.

Когда забивается канализация, из комнат гигиены хлещет моча и летит гроздьями кал. Мы научились самостоятельно прочищать трубы, но хватает ненадолого — она опять засоряется. А троса для прочистки у колонии нет. Стирка — раз в неделю. Прачка выглядит как небольшая комната с тремя кранами, из которых тонкой струей льется холодная вода.

Из воспитательных же видимо целей осужденным всегда дается только черствый хлеб, щедро разбавленное водой молоко, исключительно прогоркшее пшено и только тухлый картофель. Этим летом в колонию оптом завозили мешки склизких черных картофельных клубней. Чем нас и кормили.